Главная
РУ

05.09.2017

“Он высоко понимал свое назначение и дело, которым он занимался”

Памяти Н.Е.Кнорре

К 88-летию со дня рождения

8 сентября – день рождения Николая Евгеньевича Кнорре. Он скончался 29 июля этого года,  немного не дожив до  своего 88 –летия. Искусствовед, реставратор, художник – Николай Евгеньевич –  один из старейших сотрудников музея, проработавший в ГМИИ им Пушкина с 1953 по 1989 год. Почти двадцать лет он заведовал отделом научной реставрации музея, и, как и другие сотрудники того поколения, служил не в музее, а музею... Бывают  люди, которым собственная судьба, словно слишком тесна, она не вмещает всего, чем человек наделен, даже если по человеческим меркам его жизнь складывается счастливо и плодотворно. Николай Евгеньевич Кнорре, несомненно, из их числа.

Пожалуй, больше всего ему подошло бы определение человека эпохи Возрождения – настолько разносторонним и богатым был его мир и те, кто был с ним рядом всегда это ценили и чувствовали – ученики, друзья, близкие.

Человек одновременно несгибаемый духом, невероятно сильный и очень добрый и скромный.  В то же время он был эстетом и аристократом, ценившим высокое искусство и красоту во всех ее проявлениях. Много переживший в раннем возрасте, вывезенный в Москву из блокадного Ленинграда, он как-то по-особенному любил жизнь, и до последних дней мог увлекаться и радоваться, открывая для себя благодаря сыновьям и внукам многое, что стало доступно в наш век технологий. Его поразительная способность учиться, овладевать новым до последних дней поражала всех.  Даже в преклонные годы он, продолжая заниматься реставрацией, овладел новейшими программами и пока позволяло здоровье и силы  редактировал семейный архив в фотошопе. Огромная эрудиция и высочайшее мастерство, а также особый такт, отличали стиль его реставрационных работ.

Он воспитал целое поколение реставраторов, которые до сих пор вспоминают с благодарностью своего учителя. Николай Евгеньевич дружил и сотрудничал с крупнейшими коллекционерами своего времени – Ильей Зильберштейном, Георгием Костаки, но сам не коллекционировал ни классику, ни современных ему художников, объясняя, что искусство для него всегда было в музее, на работе. В его доме – только несколько любимых работ, подаренных художниками в знак благодарности.  Зато он с увлечением собирал уникальную коллекцию игрушечных железных дорог и поездов и с конструировал с помощью своих сыновей уникальные ландшафты, по которым бегали паровозики.

Он пришел в музей в 1953 году сразу после окончания МГУ и помнил музей таким, каким сегодня помнят его очень немногие –  маленьким, почти домашним – в музее тогда работало человек 30.  Здесь, как в семье, праздновали Новый год и устраивали капустники.

 С Ириной Александровной Антоновой они проработали вместе почти полвека: “Коля был мой товарищ по музею – не просто коллега, а именно товарищ, соучастник всего, что происходило. А за долгие годы, что мы работали вместе, происходило многое, и всегда было взаимопонимание, общность интересов и огромное доверие. А в музее это очень важно – момент доверия, причем не только в обычном смысле слова, что ты имеешь дело с порядочным человеком – не подведет, не украдет, а в гораздо более широком, человеческом. И как к реставратору у меня к нему было полное доверие. Он высоко понимал свое назначение и дело, которым он занимался.  И это уже, конечно, индивидуальное – у  него был такой покладистый характер – немногословный, спокойный, выдержанный, тактичный. В нем было такое исключительно интеллигентное, аристократичное начало.”

Светлая память!

Сайты Музея